Новый закон о гендерном самоопределении в действии

Этот случай, еще не завершённый, для кого-то представляется забавным, для кого-то – трагическим. Есть некто Либих (Liebich), немец средних лет, по убеждениям и поведению – активный нацист. Нацистов в сегодняшней Германии немало, но этот умудрился очень уж откровенно пропагандировать расистские, гомофобные, антисемитские и антиевропейские взгляды, разжигал ненависть, за что и был приговорён и посажен в тюрьму. Такое в Германии случается. Правда, нечасто.

А вот дальше началось нечто фантасмагорическое: Либих ещё до приговора стал женщиной. Прямо в тюрьме из Sven Liеbich он стал Marla-SvenjaLiеbich. Свои седые усы он не сбрил, зато оделся как женщина и наманикюрил ногти. Всё открыто, всё по закону. А в какой же тюрьме сидеть теперь этой Либих, в мужской или женской?

Как все правые экстремисты, Либих против права людей выбирать и менять свой пол, против половой самоидентификации, против всего сообщества LGBTQ+ (lesbisch, schwul, bisexuell, trans, queer und weitere Identitäten – лесбиянки, бисексуалы, геи, трансгендеры, квиры и другие идентичности). Так что его акция по смене пола – это троллинг демократического государства с его правами. Троллинг – это все признают – остроумный и удачный: на своём примере он хотел показать всю абсурдность современного подхода к гендерной проблеме. Приговорённый к полутора годам, он должен был отбывать срок в женской тюрьме в Хемнице, однако сидеть он не пожелал, а куда-то сбежал. Через полгода его-таки разыскали в Чехии и пытаются переправить назад в Германию, чему он (или она?) всячески сопротивляется. И между тем Либих решил обратно сменить пол и имя, он хотел получить имя «Анна Франк», а пол иметь разнообразный (diverse), но ему в этом пока отказано.

Возможность этой провокации Либиху предоставила сама Германия: 1 ноября 2024 года вступил с силу Немецкий закон о самоопределении – Selbstbestimmungsgesetz (SBGG). Он коренным образом изменил и упростил юридическую процедуру смены пола (гендерного маркера) и имени в Германии.

Основная цель SBGG –дать трансгендерным, интерсекс- и небинарным людям возможность менять свои документы на основе личного заявления, без унизительных бюрократических или медицинских препон. Новый закон сменил существовавший с 1980 года Закон о транссексуалах (Transsexuellengesetz), к которому со стороны Конституционного суда Германии были серьезные претензии. Если раньше для смены пола требовались два независимых заключения экспертов (психологов или психиатров) и решение суда, то теперь достаточно письменного или даже устного заявления в Standesamt. Отпала также необходимость в медицинском освидетельствовании по поводу трансгендерности. Раньше процесс смены пола длился месяцы и стоил в итоге тысячи евро, теперь же – быстро и за символическую пошлину.

Желающий просто выбирает один из четырех вариантов гендерного маркера: мужской (männlich), женский (weiblich), иной (divers) или без указания пола (keine Angabe). Это вписывается в новое удостоверение личности (Ausweis) вместе с новым именем. Следующая половая рокировка возможна не ранее, чем через 12 месяцев.

Самое, наверное, дикое в этом новом супернаигуманнейшем законе: он распространяется на несовершеннолетних граждан. Для подростков от 14 до 17 лет требуется согласие родителей или законных представителей (опекунов). Если родители против, а подросток настаивает, спор может решить суд по семейным делам, исходя из интересов ребенка. Также требуется подтверждение, что подросток получил предварительную консультацию. А в случае детей до 14 лет заявление должны подавать родители при личном присутствии и согласии ребенка.

Новый закон касается только юридического статуса. Он не регулирует медицинские процедуры, такие как гормональная терапия или хирургические операции. Решения об операциях по-прежнему принимаются врачами на основании медицинских протоколов.

Закон прямо прописывает, что владельцы частного бизнеса (например, женских фитнес-клубов, саун или приютов) сохраняют за собой право устанавливать внутренние правила посещения для защиты приватности клиентов.

Этот Selbstbestimmungsgesetz является одним из последних наследий правящей «светофорной» коалиции – красно-зелено-желтых (SPD-Grüne-FDP), является порождением левого либерализма.

Законодатели всегда обязаны учитывать негативные последствия и возможные злоупотребления при вступлении в силу нового закона.

Отношение к новому закону резко разделяет «левых» и «правых» в Германии, причем в других демократических странах ситуация вокруг гендерного самоопределения примерно такая же.

Так, «левые» законодатели являются его ярыми приверженцами, а левая партия (Die Linke) и вовсе считает его недостаточно радикальным.

В противовес им правые, находящиеся сейчас у власти (CDU/CSU), выступают с жесткой критикой, называя закон «ошибочным и идеологизированным», их главные претензии касаются прав и здоровья несовершеннолетних и безопасности женских пространств. Они, однако, не отменили закон, но провели решение о его обязательной глубокой оценке до конца июля 2026 года с целью ужесточения.

Альтернативадля Германии (AfD) занимает наиболее радикальную позицию – требует немедленной и полной отмены закона. Она регулярно вносят соответствующие законопроекты в Бундестаг, называя SBGG «антинаучным отрицанием биологической реальности» и «гендерной пропагандой», которая вредит традиционной семье и детям.

Забавна позиция Союза Сары Вагенкнехт (BSW): эта левая партия в социально-культурном плане консервативна, сама Вагенкнехт критикует закон с позиций традиционного феминизма, утверждая, что SBGG размывает понятие «женщина» и ставит под угрозу права биологических женщин в спорте, тюрьмах и кризисных центрах.

В настоящее время (середина 2026 года) в Германии нарастает новый виток дискуссии: несколько федеральных земель уже подготовили юридическую инициативу по введению дополнительных механизмов проверки в закон, чтобы предотвратить возможные злоупотребления, а Бундестаг подходит к необходимости официальной оценки эффективности SBGG.

В некоторых федеральных землях (например, в Баварии и Баден-Вюртемберге) ввели правила автоматической передачи данных о смене имени и пола в полицию и криминальные ведомства, чтобы исключить использование закона для сокрытия от правосудия или незаконного владения оружием. Это, в свою очередь, критикуется защитниками персональных данных.

А ведь смена пола – это еще и сплошь и рядом смена прав и обязанностей! Например, воинской обязанности, например, защиты труда, например, доступа к определённым специальностям, и даже права на первоочередное занятие должностей согласно гендерным квотам (Frauenquote).

Следует отметить, что закон этот (и ему подобные во многих странах) может глубоко изменить общественные отношения. Вот лишь отдельные примеры.

На последней олимпиаде в Париже разыгрался нешуточный скандал из-за двух женщин-боксеров, завоевавших золото: алжирке Иман Хелиф (Imane Khelif) и Линь Юйтин (Lin Yu -Ting) из Тайваня. Они славно поколотили своих соперниц, но... возникло обоснованное сомнение, а женщины ли они. Разразился скандал, так как еще и оказалось, что были скрыты результаты обязательной генетической проверки. Этот громкий случай вызвал целую волну гендерных разоблачений. То тут, то там выявляются спортсменки высшего уровня с явно мужскими свойствами. Один из первых таких случаев случился в далеком 1967 году с австрийкой горнолыжницей чемпионкой мира Эрикой Шинеггер (Erika Schinegger), оказавшейся мужчиной. Она совершила транс-переход, из Эрики стала Эриком, который женился и стал отцом.

А всё дело в X и Y хромосомах, этих комбинациях генов, которых у человека 37 пар, причем гендерная принадлежность определяется одной этой 37-й парой. Если это ХХ, то – женщина, если же XY – мужчина. И это не изменить, это природа. Женщин-спортсменок проверяют на их хромосомный набор и на уровень тестостерона – основного мужского полового гормона. Сейчас такие тесты становятся обязательными, и женщинам с мужскими генами доступ в спорт (по крайней мере, олимпийский) прегражден.

А как же эти транс-переходы, как гендерное самоопределение, вообще ЛГБТ? Как быть с подростком, который растёт с ощущением, что оказался не в том теле? Вопрос остаётся открытым. В разных странах подход к гендерным проблемам различен,

Например, в России с 2023 года движение ЛГБТ запрещено как экстремистское. В Казахстане официально запрещена пропаганда ЛГБТ. В Беларуси за пропаганду ЛГБТ, смену пола и «чайлдфри» предусмотрены штрафы. Насчёт большинства мусульманских стран всё ясно – у них за такое и казнить могут.

Трамп издал указ, согласно которому существует только два пола: мужской и женский; предусмотрено финансирование медицинской помощи трансгендерным подросткам.

В цивилизованных странах эта сфера относится к области медицины. Продолжительное стрессовое состояние – дистресс, – которое человек (обычно трансгендер) испытывает из-за несовпадения между своей гендерной идентичностью и полом, приписанным при рождении, называется гендерная дисфория (Dysphorie). Дисфория бывает телесной (неудовлетворенность или неприятие собственных первичных и вторичных половых признаков), социальной (стресс, вызванный присвоением несоответствующей гендерной роли, дискриминацией или ощущением, что тебя не воспринимают таким, каким ты есть), психической/эмоциональной (тревога и депрессия от ощущения пребывания в чужом теле).

И возникает альтернатива: переделывать ли пол (гормональная терапия, хирургическая переделка тела, смена документов) или лечить больную психику таких людей. Первый путь – лево-либеральный, второй – консервативный. В прессе описывается масса случаев как счастливой жизни после гендерного перехода, так и наоборот.

Например, случай с сыном Илона Маска, названном при рождении Ксавье Александр Маск. В 18 лет он совершил транс-переход, включая гормональную терапию и блокаторы пубертета, и зоветсятеперьВивиан Дженне Уилсон. Маск этого не принял, он публично утверждал, что его «сын мертв, убит вирусом вокизма (woke mind virus)». Этот эпизод, как считают некоторые биографы Маска, резко толкнул его вправо, сделал противником левой идеологии.

В Германии новым Законом о самоопределении за первый год воспользовалось менее 0,03% населения, это около 20 тысяч человек. Из них 45% сменили женский пол на мужской, 33% – с мужского на женский, более 20% выбрали альтернативные варианты.

Читайте также:

1. «Мужской? Женский? Третий пол?» Журнал «Партнёр», № 2 / 2019. Автор Н. Тичерляйн
2. «Половая идентификация в Германии и других странах» Журнал «Партнёр», № 12 / 2017. Автор С. Мучник
3. «Оно нам надо? Новая немецкая политическая филология» Журнал «Партнёр», № 8 / 2021. Автор С. Мучник
4. «Парад гордости или провокация?» Журнал «Партнёр», № 9 / 2021. Автор О. Нахт
5. «Расизм наоборот и #MeToo» Журнал «Партнёр», № 9 / 2020. Автор О. Нахт