Эксодус бэби-бумеров на пенсию. Часть 2

Как могут повлиять на ситуацию безработные, социальщики и иностранцы 

В прошлом номере журнала мы рассказали о разразившемся на рынке труда кризисе из-за того, что самая многочисленная сегодня армия трудящихся Германии, так называемое поколение бэби-бумеров, постепенно уходит на заслуженный отдых, оставляя за собой сотни тысяч вакансий. Было рассказано также о том, в какой степени можно стабилизировать ситуацию за счёт пенсионеров, трудящихся в режиме неполной занятости и введения налоговых льгот на сверхурочную работу. Теперь же мы поговорим ещё о двух резервах рабочей силы, которые должны быть привлечены на немецкий рынок труда, чтобыФедеративная республика могла сохранить на ближайшие годы сегодняшний уровень благосостояния населения.

Безработные и получатели социальных пособий 

Согласно статистике, в реестре Федерального агентства по труду в августе 2025-го числились 2,86 млн безработных, 1,06 млн из которых составляли получатели пособия по безработице ALG I, а 1,8 млн – получатели Bürgergeld (Hartz IV до 31.12.2022 и Grundsicherung für Arbeitssuchende с 01.01.2026). Если к этому отряду безработных добавить ещё около 840 тыс. частично работающих Aufstocker‘ов (доплачиваемых), то бишь тех, кто работает, но чей доход недостаточен для покрытия базовых жизненных расходов, и поэтому они получают доплату от государства в виде социальной помощи, то число тех, кто мог бы работать полную рабочую неделю, приблизится к 3,7 млн человек. У любого здравомыслящего читателя сразу же возникает вопрос: а почему государство содержит такое количество иждивенцев, если в стране не хватает рабочих рук практически в каждом сегменте экономики?

Причины безработицы, разумеется, разнообразны и потому подлежат тщательному анализу.

Лень. Многие из получателей пособий, взяв на вооружение жизненное кредо «Зачем работать, когда можно бездельничать», просто паразитируют на социальной системе. Причём это относится не только к получателям пособия Bürgergeld/Grundsicherung für Arbeitssuchende. Благодаря социальному государству, щедро раздающему деньги, этим пользуются также и получатели ALG I.

За примером изощрённого паразитирования далеко ходить не надо. Мой сосед по лестничной площадке, 40-летний Себастиан К., электрик высокой квалификации, в течение многих лет претворяет в жизнь следующую схему трудовой деятельности. Легко находя себе рабочее место (электрики требуются всегда и везде), он добросовестно работает в течение двух лет, а потом каким-то образом заставляет работодателя себя уволить и 12 месяцев подряд отдыхает на ALG I, путешествуя по Европе посредством автодома (Wohnmobil). По истечении года снова находит себе рабочее место, вкалывает со сверхурочными ещё два года и опять на 12 месяцев переходит на иждивение биржи труда.

Хитрость. Безработные этой категории в течение десятков лет сидят на социальных пособиях и работают «по-чёрному» за наличку, обеспечивая себе достаточно высокий материальный уровень, который можно назвать достаточным лишь «в сравнении с доходами тех дураков, – как утверждают они, – которые пашут за небольшие зарплаты, еле-еле дотягивая до социала».

Например, одна моя давняя знакомая, москвичка Рита Т., которая приехала в Германию в 1997-м в возрасте 25 лет, удобно пристроилась на социал по состоянию здоровья и уже почти 30 лет нелегально работает уборщицей по 50 часов в неделю. А курирующий её сотрудник джобцентра (Jobсenter), очевидно, занимается лишь тем, что регулярно и добросовестно складывает в папочку выдаваемые Рите спраки о нетрудоспособности.

Отсутствие квалификации. Эта причина безработицы, разумеется, многогранна. Прежде всего речь идёт об отсутствии навыков владения немецким языком (fehlende Sprachkenntnisse). Ну какой же немецкий работодатель захочет взять к себе на работу человека, который разве что может произнести на немецком только «Guten Morgen» или «Ich bin krank», да и то с жутким акцентом! Под отсутствием квалификации подразумевается также и отсутствие какой-либо специальности, что, как правило, тоже связано с незнанием немецкого. Ведь чтобы получить в Германии профессию, надо несколько лет чему-то учиться, а как можно завершить обучение (Ausbildung), если человек ни бум-бум в немецком?

Щедрые социальные пособия. Подавляющее число экспертов подчёркивает, что получатели социальных пособий (Bürgergeld/Grundsicherung für Arbeitssuchende) во многих случаях имеют почти такой же доход, как низкооплачиваемые работники (Niedriglohnsektor) в режиме полной занятости. Например:

▪ регулярное пособие для социальщика-одиночки (Regelbedarf für Bürgergeldempfänger) – 563 евро;

▪ перенимаемая социалом стоимость жилья (варьирует от 450 евро в Берлине до 700 евро во Франкфурте-на-Майне) – возьмём в среднем 575 евро;

▪ перенимаемые социалом расходы на отопление – 73 евро.

Отбросив прочие льготы и доплаты, можно смело сказать, что социальщик-одиночка имеет «за-ничего-не-делать» 1.200 евро нетто в месяц. С другой стороны, получающий минимальную зарплату продавец дискаунтера, вкалывающий посменно 35 часов в неделю за 12,82 евро в час, имеет в конечном итоге 1.430 евро нетто (1-й класс налогообложения). Минус транспорт и минус питание (дома всё-таки питаться дешевле) – и остаётся ненамного больше.

Отсутствие подходящей вакансии. Эта причина может быть как объективной, так и субъективной. Объективной, потому что в конкретном регионе может не быть подходящих вакансий. А субъективной – потому что, согласно итогам недавнего исследования, выяснилось, что более 50% получателей соцпособий либо ищут не очень активно, либо вообще не ищут себе работу. А зачем? Лежать на диване гораздо комфортнее.

Проблемы со здоровьем как психического, так и физического характера,которые ограничивают трудоспособность. Комментировать этот пункт нет смысла, потому как диапазон этих проблем варьирует в пределах от симулятивного расстройства (т. н. синдром Мюнхгаузена) до правдивого расстройства здоровья.

Уход за малолетними детьми и нуждающимися в уходе престарелыми или больными родственниками. Тут тоже комментарии излишни.

Эксперты считают, что за счёт многомиллионной армии безработных можно пополнить рынок труда только посредством введения жёстких и непопулярных мер:

▪   «заморозить» социальные пособия и настолько поднять минимальную почасовую ставку, чтобы безделье в материальном смысле «оплачивалось» намного меньше, чем трудовая деятельность;

▪   ввести более строгие штрафные санкции против т. н. уклонистов (Verweigerer), то бишь урезать пособия или полностью снять с пособия тех, кто активно не ищет себе работу или отклоняет предложения биржи труда

▪   заставить, наконец, сотрудников биржи труда и джобцентров, т. н. Jobberater‘ов всерьёз заняться поиском подходящих вакансий для безработных вместо того, чтобы распивать кофе, перекладывая бумажки (по этому поводу есть даже анекдот! У армянского радио спрашивают: «Почему на бирже труда стоит такой гудёж? Неужели это так энергично трудятся её сотрудники?». – «Нет, – отвечает армянское радио, – это просто работают вентиляторы!»)

▪   отправлять безработных на такие курсы повышения или приобретения квалификации, которые разумны, а не которые просто бессмысленны (например, моего 65-летнего приятеля Володю Б., который накануне выхода на заслуженный отдых в 66 лет попал на пособие ALG I, биржа труда отправила на 6-месячный курс под названием Projektmanagement)

▪   таким образом реформировать социальную систему ФРГ, чтобы пособия Bürgergeld/Grundsicherung für Arbeitssuchende, жилищное пособие Wohngeld и другие социальные трансферты были бы спаяны в одно-единственное пособие, выдаваемое одним-единственным ведомством.

Мигранты 

Ни об одном потенциале решения проблемы нехватки персонала не спорят так отчаянно и скандально, как о миграции. При этом никто не даёт себе труда задуматься о том, что есть две формы перемещения людей, коренным образом отличающиеся друг от друга: трудовая миграция и беженцы.

Тут стоит отметить, что так называемые трудовые мигранты (Arbeitsmigranten), которых называли гастарбайтеры, прибывшие в Германию в 50-е годы ХХ века из Южной Европы, не только отстроили страну, но и заложили фундамент её будущего благосостояния. Аналогичные процессы наблюдались также в 60-е годы и начале 70-х, когда готовность турецких, итальянских и других мигрантов интегрироваться в немецкий рынок труда была на очень высоком уровне.

Потом в страну прибыли поздние переселенцы, которые, вернувшись на землю своих предков, соглашались на тяжёлую физическую работу и приложили максимум усилий к тому, чтобы стать её полноценными гражданами.

Затем, 20-25 лет тому назад, из раздираемых военными конфликтами Балканских стран в ФРГ хлынули сотни тысяч беженцев, которые не были заинтересованы в долгосрочном устройстве из-за своего временного статуса пребывания. Это закончилось их массовым принудительно-добровольным отъездом на родину. В 2010-е годы сразу после большой рецессии наблюдались сильные миграционные потоки из пострадавших от кризиса европейских стран. Этих людей, разумеется, надо квалифицировать как трудовых мигрантов, потому что их европейское гражданство позволяло им обосноваться в Германии надолго.

А вот начиная с 2015-го в ФРГ, фактически нелегально перейдя границы, прибыли миллионы беженцев из мусульманских стран Ближнего Востока, Северной Африки и Средней Азии, которые бежали от войны, разрухи и голода. Они не имели намерения интегрироваться в немецкий рынок труда отчасти из-за отсутствия статуса на долгосрочное пребывание, а отчасти из-за совершенно иной ментальности. Когда же волна этих беженцев стала ослабевать, Германия, начиная с 2022-го, была вынуждена принять более миллиона украинских беженцев, разрешение которым на временное пребывание в ФРГ в соответствии с §24 AufenthG действительно лишь до 04.03.2027, что вряд ли способствует их желанию интегрироваться в Германии. И хотя, в отличие от так называемых азюлянтов, украинцы имеют автоматическое право на работу в Германии, выдаваемые им более весомые социальные пособия сослужили украинцам медвежью услугу, притормозив их стимулы к поиску работы. Разумеется, это касается не всех. К началу 2025-го 50% украинских беженцев трудоспособного возраста уже состояли в трудовых отношениях. Так что украинскую миграцию можно уже отчасти классифицировать как трудовую.

Что касается насыщения рынка труда за счёт мигрантов (имеется в виду, разумеется, трудовая миграция), то, согласно Кёльнскому институту экономических исследований IAB, уже имеющаяся и нарастающая нехватка рабочих кадров в связи с эксодусом бэби-бумеров может быть компенсирована за счёт мигрантов, если так называемая нетто-миграция (Nettozuwanderung) достигнет 400.000 человек в год. А это реально, если брутто-миграция установится на уровне 1,5 миллионов.

Вопрос только в том, какой процент этих мигрантов действительно намерен занять образующиеся вакансии, а какое их количество пожаловало к нам только потому, что социальная помощь в ФРГ более щедрая, чем в других странах Европы.

Читайте также:

1. Эксодус бэби-бумеров на пенсию. Часть 1. Журнал «Партнёр», № 12 / 2025. Автор Э. Мармер
2. Смена поколений на немецком рынке труда. Журнал «Партнёр», № 10 / 2019. Автор Э. Мармер
3. Эксодус арийцев или Почему немецкие семьи покидают города. Журнал «Партнёр», № 8 / 2019. Автор Э. Мармер
4. Самые дефицитные профессии в Германии. Журнал «Партнёр», № 12 / 2018. Автор Э. Мармер
5. Тотальная потеря доверия. Журнал «Партнёр», № 4 / 2014. Автор Э. Мармер
6. Работа в Германии, кто востребован, сколько зарабатывает. Журнал «Партнёр», № 11 / 2023. «Курс консалтинг»